picture


Клуб

Литературный Клуб:

 

О Клубе

****** 

В гостях у Раисы Дворской

******

Встреча 21 февраля 2004

******

Встреча 23 января 2004

****** 

Встреча 5 декабря 2003


******       

 

Наши авторы:
(по алфавиту)

О сборнике

 

Александр Гендель

******          

Ирина Гиндлина

******          

Татьяна Зайцевская

******          

Стелла Иванова

******          

Люся Кацирова

******          

Александр Клементьев

******          

Игорь Криштафович

******          

Яков Попелянский

******         

Владимир Самарский

******          

Семен Файтен

******          

 

Наши гости:

Григорий Бланштейн
Стихи

******

Григорий Вечный
(Германия)
Стихи

******       

Александр Казаков
Саранск, Республика Мордовия
Сиэтл, США

О себе, любимом...

Неверный Санька

О евреях и вообще ....

О людях и собаках

Разгадка русской души

О тараканах, свободе и правах человека..

******          

Ольга Королева-Дэвис
Штат Вашингтон, США
Техас. Улица секса, печали и радости

******          

Лилианна Крашенникова
Солт Лейк Сити, Юта, США
Ностальгия. Стихи

******          

Фея Литвин

******         

Валерий Певзнер
Лос-Анжелес, США
История жизни

 

 

 


 

На главную страницу Клуба

На главную страницу RussianSeattle.com

 


 

Фотографии:
Семен Файтен

 

 


 

 

Наш адрес:
club@russianseattle.com
Copyright © 1999 - 2004
russianseattle.com
All rights reserved
9 февраля 2004г.


 

 

 
Rambler's Top100

 

 


 

Фея Литвин

 

Фея Литвин начала писать сравнительно недавно, по приезде в Америку.
До этого её жизнь проходила в далёкой Сибири. Школу Фея закончила
накануне войны, что и предопределило её выбор жизненного пути - она
стала врачём. На посту главврача стоматологической поликлиники она
проработала долгих 14 лет, вплоть до отъезда в США .  В 2003 году
вышла её первая книга "Потерянная Любовь."

Партсобрание


   Чаще всего со мной что-нибудь случается вне дома.  Родные стены, можно сказать, оберегают.  Да и жена моя, человек надежный, всаким там происшествиям спуску не даст.  Однако же этот случай как раз произошел в собственных аппартаментах.
Это я про свою комнату в коммуналке. Квартира вообще-то большая, но с проблемами – одна кухня и туалет на семь семей.  Так что все пользуются согласно расписанию. Жили мы в ней не тужили, как однажды возвращаюсь я домой усталый с работы и звоню своей ненаглядной нашим кодом – три длинных два коротких, чтоб отперла.  Ноль внимания.  Может звонок сломался?  Стучусь аккуратно так, чтобы соседей не разбудить, и шепчу в замочную скважину: - Нюра, Нюр, это я - твой муж – Вася, с работы пришедший и страсть как по тебе соскучившийся.-  Ни ответа, ни привета. Что за напасть, уверен, что она дома, ведь когда шел еще видал в окне свет, да и занавески колыхались от сквозняка.  Может случилось что?
   Стучусь посильнее - все равно, хоть бы хны.  Что-то тут не ладно.  Согнулся в три погибели и гляжу в замочную дырку, слава богу, наша квартира прямо напротив двери расположена.  Что такое? Дверь настежь, в квартире две бабы и три мужика вокруг стола, чего там делают не поймешь, обзор больно узкий, и кто такие дурацкие скважины делает?  Тут вижу моя Нюрка с красной тряпкой на голове, руки в боки и кричит истошным голосом, прям как на базаре.  Чего это она разошлась, когда меня дома нет?  И тут вспомнил, что она вчерась на сон грядущий что-то мне лепетала о квартирной партячейке.  Это, небось, у них партсобрание.
А Нюрка, видать, за председателя.  Ну, правильно, она вообще-то у меня голосистая.  Ну это все хорошо, только вот, что мне делать?  Желудок требует свое, да еще ни в одном глазу, да усталый как собака, что ж, как псу под дверью ошиваться?  Не, - думаю - самое время показать, кто в доме хозяин.  Стучу в дверь, деликатно так, кулаком, но не слишком шибко, чтоб не перепужать их там.  Смотрю – дверь приоткрылась чуток, и высунулась красная тряпка, а потом и Нюркин глаз.  Чего тебе, Вася? – таким вьедливым голоском спрашивает, и тут же, не дожидаясь справедливого ответа, продолжает: - Ты бы посидел в полисадничке, на лавке, у над тут партсобрание закрытое, - и нахально так дверь перед моим носом захлопывает. Я даже растерялся поначалу.  Но тут живот заиграл такой концерт, что по заявкам не услышишь.  И как же я должен терпеть такое, да на трезвую голову, да еще в собственной квартире, да еще от собственной супружницы?!  Ну, думаю, покажу вам кузькину мать, вы у меня позаседаете. Стучу снова, менее деликатно, сапогом.  Грохот, косяк дрожит, штукатурка сыплется.  Тут дверь открывается, и выходит из нее, кто бы вы думали? – Сосед Колька.  Да строгий такой.  Будто другой человек, не вчерашний.  Вчерась он весь рассол у нас выдул.  Нет, не подумайте, рассола не жалко, но чтоб такое превращение?  Колька этот с расстановкой так, спокойно говорит: - Ты, Василий, не шуми тут шибко, тебе сюда нельзя, ибо ты беспартийный, а у нас важное собрание проходит.  Ты ведь еще в партию не вступил? 
   Тут меня заело совсем.  Рассвирипел а до посинения.  Ядовитым таким шепотом, сквозь зубы Кольке этому всаживаю: - Ты, вчера, в коровью лепешку вступил, так мы тебя отхаживали, а сегодня ты в ету саму партию вступил, так мне с работы пришедши голодному тут баклуши бить?!  Да ежели ты меня сейчас, черт косопузый, не допустишь до моей Нюрки, я из тебя антрекот сделаю! (это я ему такое словечко ввернул, чтобы знал – мы тоже не лыком шиты).
Он конечно виду не подает, но заметно струсил. От страха-то напыжился и уныло так залепетал: - Может тебе пойти пивка дернуть, все суббота, прогуляйся, а?
   Вот малохольный, вот дурная башка, это у него четверг от заседаний в субботу перевернулся.  Надо бы врезать.  Но тут вспомнил, что партийный он, а мне скандалы ни к чему.  Я просто легонечко его в сторонку отодвинул и в свою комнату вошел. А там – накурено, наплевано – точно партсобрание, дышать нечем.  Тут у меня гнев за все положенные рамки выскочил.  Сам не помню, как я это их собрание разогнал, вмиг пусто стало.  Даже Нюрка моя испугалась. Стоит в сторонке и какую-то бумагу к грудям прижимает.  Может письма любовные какие?  Хотел было и с ней посчитаться, да тут котлеты подогрелись, не остывать же.  На такие вещи Нюрка молодец – соображает, что в первую очередь а что потом.  Подсаживается ко мне, тряпку красную снимает, совсем другой – родной человек.  А письма те, протоколом оказались.  Скучно.
   Но, что примечательно, тот случай мне хорошую службу сослужил.  Во - первых,  я завсегда наперед знал расписание собраний ихних.  А чтоб мне не скучно было, мне спецпаек выделяли – трешку на пиво.  Так что я свое собрание с товарищами в пивной проводил, покуда дома не заканчивалось.  Несколько раз Нюрка пыталась коварно меня в партию затащить, но ведь, что мне от этого?  Сидеть на ихнем собрании, да без спецпайка?  Так что я принципиально не вступал, выдерживал характер.  Правда недолго эта лафа длилась.  Партячейка ихова в красный уголок переместилась, а вскоре и партию вовсе распустили.  Так что теперь прихожу домой спокойно, и ужин всегда ожидает меня на столе.