23 декабря 1999г.


Отчего столпы культуры С МЭРОМ КРУТЯТ ШУРЫ-МУРЫ?


Из числа тех, кто наиболее активно поддерживает Юрия Лужкова, выделяется четверка известных театральных деятелей. Чем объясняется их беззаветная любовь к хозяину города?
Ноу-хау столичной мэрии по укреплению народной любви к себе общеизвестны. Мне за другое обидно: почему в поле зрения лужковских пиарщиков попадают прежде всего деятели культуры? Если поддерживать газету -  то «Литературную». Если прикармливать единомышленников - то театральных режиссеров. И тут меня осенило: им же всем очень деньги нужны. Сотрудники литературных или театральных изданий и режиссеры - самые уязвимые с рыночной точки зрения люди. Им без поощрения мэрии не выжить, хотя бы потому, что стоимость аренды зданий в наше время, особенно в Москве, чрезвычайно высока.
Из числа людей, которые активнее других поддерживают московского мэра, выделилась бодрая четверка театровладельцев: Геннадий Хазанов - Александр Калягин - Марк Захаров - Евгений Колобов. Именно их подписи украшают большинство обращений так называемых творческих людей в защиту Юрия Лужкова или в похвалу ему. (За два дня до выборов к ним подключились В. Андреев (Театр Ермоловой) и
Ю. Соломин с В. Коршуновым (Малый театр, чей филиал Юрий Лужков помог отреставрировать).
Ну с Геннадием Хазановым все в принципе понятно: театр его откровенно убыточен, вот уже два года он пытается его реформировать и не преуспевает, да и вся отечественная эстрада (пожалуй, что и во главе с Хазановым) переживает глубочайший кризис.
Но и в подхалимаже надо же знать какую-то меру! Вот недавно Юрий Михайлович представлял в магазине «Москва» на Тверской свою книгу «Российские законы Паркинсона». Не знаю, как выглядел авторский коллектив, но по неискоренимой привычке хорошо думать о людях предполагаю, что Лужков написал ее сам в часы, свободные от осмотра строек и разрезания ленточек. Выступая на презентации, Геннадий Хазанов сказал:
- Раньше я думал, что самый остроумный человек - я. А теперь вижу, что - вот кто.
И указал на мэра.
Это довольно типичный хазановский прием - человек как бы сострил и при этом как бы польстил, вся хазановская резкая критика в адрес властей давно держится на этой грани, отлично знакомой каждому сатирику советской закалки. Наш почетный выпускник кулинарного техникума очень любит рассказывать о том, как потешал вождей советского народа во время их приемов. Столы были уставлены яствами и обсижены маразматиками, а приглашенная культура этих маразматиков за эти яства ублажала.
Хазанов, разумеется, иронизирует. Над властями, но не над собой тогдашним. Ибо роль его была, ежели вдуматься, достаточно жалкой, как и претензии его на звание тогдашней совести общества.
Блистательный режиссер Марк Захаров в 1997 году, сразу после ельцинской операции, выступил с инициативой третьего срока для Бориса Ельцина. Никто его не неволил - то была личная захаровская воля, вполне искренний, хотя и подобострастный порыв. Два года спустя на встрече представителей театральной общественности с Юрием Лужковым Захаров, заблаговременно сменивший ориентацию, провозгласил: только ударьте в колокол, Юрий Михайлович! Художественная интеллигенция сразу придет под ваши знамена! Возникает естественный вопрос: с какой радости Марк Захаров, не замеченный ни в какой сервильности в советские времена, так откровенно делает власти комплименты сегодня?
Имея опыт общения с Юрием Лужковым, режиссер (от которого сама профессия требует интуиции) отдает себе отчет в том, какие качества потребуются от художника, если власть в стране окажется в руках московского мэра или его единомышленников. Любопытно, кстати, что одним из спонсоров «Ленкома» и другом Марка Анатольевича является бизнесмен Александр Таранцев («Русское золото»), он же - спонсор альбомов и концертов певицы Аниты Цой, жены пресс-секретаря Юрия Михайловича. Именно Захаров встречал Таранцева в аэропорту в обществе нескольких священнослужителей, когда бизнесмен, знаменитый своими драгоценностями, вернулся из американского заточения.
В это же самое время восторженное интервью с Таранцевым, этим страдальцем за русский бизнес, опубликовала красно-бурая газета «Завтра». В интересную компанию занесло когдатошнего постановщика «Диктатуры совести»...
Кстати, именно Захаров был приглашен на умеренно пролужковскую (ибо входящую в медиа-империю В. Гусинского) радиостанцию «Эхо Москвы» для очередной отмывки имиджа своего любимца. Пригласили, собственно, троих, все сплошь видные театральные деятели: глава оргкомитета премии «Хрустальная Турандот» М. Беленький и руководитель «Новой оперы» Евгений Колобов. Колобов в эфире рубанул с прямотою шварцевского Первого Министра: «Если Лужков не выиграет выборы мэра, я в Москве не останусь!»
Что говорить, угроза страшная, до такого шантажа избирателей не додумывался еще никто: так и вижу толпы простых москвичей, бегущих на избирательные участки в едином порыве голосовать за то, чтобы Колобов не оставил Москву, чтобы и у детей наших была возможность насладиться его искусством... К творчеству Колобова, собственно, можно относиться как угодно. Но восхищаться гражданским мужеством человека, который сравнительно недавно получил от московской мэрии помещение для своего театра и теперь так искренне за это расплачивается, - воля ваша, я не могу.
Что касается Александра Калягина, то участие в лужковских пиаровских акциях этого умнейшего, интеллигентнейшего артиста, руководителя маленького театра Et cetera, расположенного в одной из новоарбатских высоток, для меня совершенно загадочно. Весьма вероятно, что Калягин искренне симпатизирует Лужкову. Но не может же он, даже будучи владельцем театра и, следовательно, завися от московского начальства, не видеть всей авторитарности своего избранника?
Обо всем этом я спросил во время одной из творческих встреч Константина Райкина - актера, режиссера, руководителя театра «Сатирикон», на которого в части наиболее лояльной московской прессы вдруг появились резкие и совершенно немотивированные «наезды».
   - Я был бы нечестен, если бы сказал, что попытки подобной обработки театральных деятелей сейчас редкость. Наверное, это нормально - привлекать на свою сторону художников. Но я в таких ситуациях предпочитаю трижды подумать. Это не значит, что я считаю себя умнее  других. Просто  я не готов делать заявления в чью-либо поддержку, не приняв предварительно решения для себя.
В сегодняшней Москве нет преуспевающего театрального коллектива, руководитель которого   не засвидетельствовал бы в той или иной форме свое почтение Юрию Михайловичу. Правда, ничего подобного не продемонстрировали ни Гинкас, ни Яновская, ни Козаков. Именно поэтому перечисленные режиссеры и руководители театральных коллективов не являются баловнями московских театральных премий, и театры их прилагают немалые усилия, чтобы выжить.
Неужели владение недвижимостью  непременно сопряжено с чувством восхищения хозяином города?
Если да, то не лучше ли московские театры   перенести за черту кольцевой дороги? Подальше от соблазна?
Дмитрий БЫКОВ.

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА
Каждый выбирает для себя. Женщину, политику, дорогу...

Пытаюсь я как-то включить телевизор до выборов, а там Андрей Макаревич поет гимн в честь Союза правых сил, про вершину, которая непонятным образом в небо взлетела. А Никита Михалков НДР славит. А Николай Фоменко Немцова активно поддерживает. А Юрий Любимов «Войну и мир» зачитывает во славу партии Михаила Горбачева. И так далее, и так далее, список можно продолжить.
Уровень политической ангажированности людей от искусства вызывает раздражение достаточно давно. Но интересно, что в случае, когда режиссер, актер или певец славит политиков, нам симпатичных, мы радуемся: вот ведь, наш человек! В обратной же ситуации произносятся слова типа «сервильность» и «подобострастие». Почему-то мы не хотим задумываться о том, что свой выбор имеют право делать не только простые избиратели, приходящие к урнам в дни голосований, но и те, чьи лица давно известны нам по кино, театру или концертам. Почему-то нам обязательно надо крикнуть «продался!»
И Марк Захаров, и Александр Калягин, и Евгений Колобов - достаточно уважаемые личности, чтобы отказывать им в праве на выбор. Они его сделали, это было их решение, и оно ничуть не хуже, чем решения других избирателей, отдавших свои голоса за других кандидатов.
До 19 декабря каждый из нас задумывался, какое меньшее из зол стоит отметить галочкой в квадратике. Перед этой проблемой вставали и вы, и я, и, думаю, Дмитрий Быков. Глупо было бы утверждать, что у интеллигенции есть хоть какие-то иллюзии по отношению к любой из партий, мечтавших преодолеть пятипроцентный барьер. Мечты о прекрасных политиках в белых незапятнанных одеждах улетучились давным-давно. Среди претендентов на власть чистеньких уже не ищут. Ищут тех, кто наименее противен. А это уже дело вкуса.
Люди искусства наиболее уязвимы, когда дело касается их отношений с властью. Недавно в интервью «КП» Григорий Горин процитировал по этому поводу фразу из Бабеля: «В номерах служить - подол заворотить». Материальная зависимость художника от государства, от правителей России или Москвы - к сожалению, данность. Но не стоит все объяснять исключительно финансовыми интересами и уж тем более желанием получить конфетку в виде премии «Хрустальная Турандот».  Вручение таких премий - тоже дело вкуса, и если жюри больше понравилась «Мистификация» Захарова, нежели «Шарашка» Любимова, то я могу этому только радоваться, хотя лично мне Юрий Лужков ничего доброго не делал.
Конечно, городские театры во многом зависят от градоначальников, и режиссеры не могут с этим не считаться. Но ни Захаров, ни Калягин не являются дельцами. Нет ничего удивительного в том, что культурные деятели подписали, к примеру, письмо, осуждающее программу Доренко. Для того чтобы поставить свою фамилию на подобном листе, необязательно обожать московского мэра: слишком резок, недопустимо резок был тон, уместный при личных вендеттах, а не в политических комментариях ведущего на общероссийском канале.
В конце концов при размышлении, какая из российских «семей» - кремлевская или московская - наиболее неприятна, хочется сказать, подобно булгаковской Маргарите, «обе вы хороши» и полететь в ночное небо от склочников подальше. Публичные люди, отвечающие за судьбу театра, на такой свободный полет не имеют права. Им остается только выбрать тех, кто кажется менее несправедливым в том деле, где справедливых по определению нет. И мы не можем ни упрекать этих людей, ни говорить про их неискренность. И искренность, и выбор - личное дело каждого избирателя, будь это Марк Захаров или Андрей Макаревич.
Обозреватель «КП»
Валентина ЛЬВОВА.

 

Комсомольская правда
23 декабря 1999 г.